- И ты с ним переспала.

- Нет, я ему отказала.

- И тогда он тебя убил.

- Нет, Джо! Греческие боги так не поступали.

- Он что, отрезал тебе губы и нос?

- Конечно, нет! Так поступают только варвары! Видишь ли, он вдохнул в меня дар пророчества. Так вот, когда я ему отказала, он не стал лишать меня этого дара, но прибавил дополнительное условие.

- Какое же?

- Он сказал, что, хотя все мои пророчества сбудутся, никто не станет к ним прислушиваться, пока не станет слишком поздно.

- Гм, весьма неудобно, - заметил КСОЛОТЛЬ. - Тебе следовало бы переспать с ним именно тогда и попытаться отговорить.

- Я так и поступила... в том смысле, что предложила ему себя. Но к тому времени я его перестала интересовать. Знаешь, что он мне сказал?

- Нет.

- Он сказал: "Я увижу тебя в аду раньше, чем лягу с тобой, Кассандра". Да еще таким грубым тоном. А я просто старалась ему понравиться.

КСОЛОТЛЬ промолчал.

- Или же... как по-твоему, может, он так назначил мне свидание? Тебе не кажется, что он намеревается отыскать меня здесь, в аду?

- Сомневаюсь, Кассандра. А теперь слушай внимательно. Я хочу тебе кое-что сказать.

- Да, Джо, я слушаю.

КСОЛОТЛЬ остановил коня и обернулся. Его плоское бронзовое лицо с крючковатым орлиным носом, черными глазами и тонкими губами оказалось в нескольких дюймах от лица Кассандры. Она уловила его запах - мескит, древесный уголь, пот, текила, убийство.

- Если ты еще раз посмеешь чесать языком, - сказал КСОЛОТЛЬ, - я тебя побью.

- О! - выдохнула Кассандра, широко раскрыв глаза. - Но ты не имеешь права так поступать!

- Понимаю. Но предсказываю, что не смогу сдержаться.

Они устроились на ночь в самом сердце пустыни возле кактуса сагунто. Поднялась луна, слышался крик ястреба, парящего на крыльях ночных ветров и высматривающего робких кроликов в тенистом лабиринте зарослей мескита и полыни. КСОЛОТЛЬ долго сидел, уставясь на пламя костра. Кассандра заскучала и легла спать. Наконец заснул и КСОЛОТЛЬ. Ему приснились пляшущие языки пламени.